Особенности биоэлектрической активности головного мозга у пациентов с классической невралгией тройничного нерва до и после консервативного лечения


© В.А. БАЛЯЗИН, Е.В. БАЛЯЗИНА, О.И. БОНДАРЕВА, О.М. ЕВУСЯК

ФГБОУ ВО «Ростовский государственный медицинский университет» Минздрава России, Ростов-на-Дону, Россия

РЕЗЮМЕ

Введение. В связи с широким внедрением микроваскулярной декомпрессии корешка тройничного нерва возникла необходимость точного предоперационного подтверждения нейроваскулярного конфликта у пациентов с клиникой классической невралгии тройничного нерва (КНТН). Помимо методов нейровизуализации изучаются возможности электроэнцефалографии (ЭЭГ), которая может быть полезна и в контроле эффективности лечения, прогнозировании длительности ремиссии и вероятности рецидива.

Цель исследования. Изучить особенности ЭЭГ у пациентов с КНТН до и после консервативного лечения и оценить возможность прогнозирования стойкости ремиссии или обострения прозопалгии.

Материал и методы. В исследование включены 65 пациентов с диагнозом КНТН, которым была выполнена ЭЭГ. Изучение катамнеза заболевания проводилось в течение одного года.

Результаты. У пациентов с КНТН выявлены характерные изменения ЭЭГ: высокий индекс ритмической b-активности, превышение мощности электрической активности в q-диапазоне частот, островолновая активность a- и b1-диапазона частот, появление комплексов «острая волна — медленная волна» и вспышек множественных b1+b2-волн. После лечения наиболее стойкий эффект отмечался при комплексной терапии, включавшей антиоксиданты, витамины группы B, антиконвульсанты, выполнение блокад в область выходных отверстий ветвей ТН, внутривенное введение L-лизина эсцината, пероральный L-аргинин.

Заключение. Рецидив болевого синдрома вероятен при увеличении индекса b-активности, превышении мощности электрической активности в q-диапазоне частот, снижении индекса a-ритма и его дезорганизации.

Ключевые слова: невралгия тройничного нерва, лицевые боли, электроэнцефалография, нейроваскулярный конфликт, нейроваскулярный контакт.

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ:

Балязин В.А. — https://orcid.org/0000-0001-8381-8876; e-mail: balyazin.victor@yandex.ru

Балязина Е.В. — https://orcid.org/0000-0002-9967-4405; e-mail: ebaliazina@yandex.ru

Бондарева О.И. — https://orcid.org/0000-0001-8888-2924; e-mail: x.bondareva@yandex.ru

Евусяк О.М. — https://orcid.org/0000-0002-5822-1178; e-mail: pionerka.06@mail.ru Автор, ответственный за переписку: Балязина Е.В. — e-mail: ebaliazina@yandex.ru

КАК ЦИТИРОВАТЬ:

Балязин В.А., Балязина Е.В., Бондарева О.И., Евусяк О.М. Особенности биоэлектрической активности головного мозга у пациентов с классической невралгией тройничного нерва до и после консервативного лечения. Российский журнал боли. 2021;19(2):5–9.  https://doi.org/10.17116/pain2021190215

Cerebral bioelectric activity in patients with classical trigeminal neuralgia before and after conservative treatment

© V.A. BALYAZIN, E.V. BALYAZINA, O.I. BONDAREVA, O.M. EVUSYAK

Rostov State Medical University, Rostov-on-Don, Russia

ABSTRACT

Objective. To study EEG data in patients with classical trigeminal neuralgia before and after conservative treatment and to assess the possibility of predicting the stable remission and exacerbation of prosopalgia.

Material and methods. The study included 65 patients with classical trigeminal neuralgia. Follow-up period was 1 year.

Results. Patients with trigeminal neuralgia had typical EEG features: high index of rhythmic b-activity, advanced electrical activity in q-frequency range, sharp-wave activity of a- and b1-frequency ranges, sharp wave-slow wave complexes and flashes of multiple b1+b2 waves. Complex therapy including antioxidants, B vitamins, anticonvulsants, trigeminal nerve blockades, intravenous administration of L-lysine escinate and oral L-arginine ensured the most persistent effect.

Conclusion. Pain syndrome recurrence is possible in case of increased b-activity index, advanced electrical activity in q-frequency range, α-activity index reduction and its disorganization.

Keywords: trigeminal neuralgia, facial pain, electroencephalography, neurovascular conflict, neurovascular contact.

INFORMATION ABOUT THE AUTHORS:

Balyazin V.A. — https://orcid.org/0000-0001-8381-8876; e-mail: balyazin.victor@yandex.ru

Balyazinа E.V. — https://orcid.org/0000-0002-9967-4405; e-mail: ebaliazina@yandex.ru

Bondareva O.I. — https://orcid.org/0000-0001-8888-2924; e-mail: x.bondareva@yandex.ru

Evusyak O.M. — https://orcid.org/0000-0002-5822-1178; e-mail: pionerka.06@mail.ru Corresponding author: Balyazina E.V. — e-mail: ebaliazina@yandex.ru

TO CITE THIS ARTICLE:

Balyazin VA, Balyazina EV, Bondareva OI, Evusyak OM. Cerebral bioelectric activity in patients with classical trigeminal neuralgia before and after conservative treatment. Russian journal of pain. 2021;19(2):5–9. (In Russ.). https://doi.org/10.17116/pain2021190215

Введение

Поиск эффективных способов облегчения болевого страдания у пациентов с классической невралгией тройничного нерва (КНТН) не теряет актуальности до настоящего времени. Хорошо известно успешное использование противосудорожных препаратов для купирования боли на начальных этапах заболевания [1, 2], однако при их длительном применении положительный эффект снижается и не превышает 50—60% [3]. Отсутствие устойчивого положительного эффекта при использовании противосудорожных препаратов дало основание для пересмотра ведущей роли центрального механизма в патогенезе КНТН.

Выявление роли периферического компонента в патогенезе КНТН послужило основанием к применению широкого спектра деструктивных вмешательств (таких как резекция периферических ветвей тройничного нерва, термо- и химодеструкция полулунного узла, гамма-нож и др.), однако значительный процент рецидивов болевого синдрома и присоединяющегося неврологического дефицита значительно сократил использование этих методов лечения. Это в свою очередь актуализировало изучение сочетанной роли центрального и периферического компонентов в механизме формирования болевого синдрома при КНТН [4—6].

В связи с внедрением в нейрохирургическую практику операции микроваскулярной декомпрессии корешка тройничного нерва (КТН) возникла необходимость поиска методов подтверждения наличия нейроваскулярного конфликта (НВК) у пациентов с клиникой КНТН.

Исследование возможностей высокопольной магнитно-резонансной томографии (МРТ) не привело к однозначной оценке диагностической значимости этого метода в распознавании НВК. Накоплено большое количество сообщений о том, что контакт КТН с прилежащим сосудом встречается у большинства здоровых лиц, является нормой и не служит доказательством НВК [7—9].

Одновременно с поиском высокоинформативных методов нейровизуализации изучаются функциональные изменения в центральной нервной системе, вызванные КНТН [10, 11]. В последнее время достаточно много работ посвящено исследованию биоэлектрической активности головного мозга (БАГМ) при различных болевых синдромах [12—15]. В исследованиях, проведенных нами ранее, были выявлены изменения во время электроэнцефалографии (ЭЭГ), характерные для КНТН, и нормализация показателей БАГМ после проведения микроваскулярной декомпрессии КНТН [16]. Также этот метод исследования может быть эффективным для усовершенствования контроля эффективности лечения, в прогнозировании устойчивости ремиссии и вероятности рецидива болевого синдрома.

Цель исследования — изучить особенности ЭЭГ у пациентов с КНТН до и после консервативного лечения и оценить возможность прогнозирования устойчивости ремиссии и вероятность возникновения рецидива болевого синдрома с учетом динамики показателей БАГМ.

Материал и методы

Отбор пациентов осуществлялся на основании соответствия клинической картины прозопалгии диагностическим критериям пункта 13.1.1.1.1. «Классическая тригеминальная невралгия пароксизмального течения» МКГБ-3 [17]. В исследование включены 65 пациентов (18 мужчин, 47 женщин). Средний возраст больных составил 63±1,1 года, средняя продолжительность заболевания — 6,4±5,2 года. В зависимости от характера лечения пациенты были разделены на две группы, сопоставимые по полу и возрасту: в 1-ю группу включены 42 пациента, получившие лечение, направленное на невральный компонент КНТН (антиоксиданты, витамины группы B, антиконвульсанты, выполнение блокад в область выхода ветвей ТН); во 2-ю группу вошли 23 пациента, получившие лечение, направленное на невральный и сосудистый компоненты КНТН (антиоксиданты, витамины группы B, антиконвульсанты, выполнение блокад в область выходных отверстий ветвей ТН, внутривенное введение L-лизина эсцината, пероральный L-аргинин).

Средний возраст пациентов 1-й группы составил 63±2,4 года, соотношение мужчин и женщин — 1:2,8 (11 мужчин и 31 женщина), длительность заболевания — 6,8±4,3 года. Средний возраст пациентов 2-й группы составил 65±3,8 года, соотношение мужчин и женщин — 1:2,3 (7 мужчин и 16 женщин), длительность заболевания — 8,4±6,1 года.

Контрольную группу составили 20 человек без болевого синдрома, не имевших по данным МРТ органической патологии головного мозга. Средний возраст испытуемых контрольной группы составил 62±1,1 года, соотношение мужчин и женщин — 1:3 (5 мужчин и 15 женщин). Вторичная природа НТН была исключена путем МРТ исследования, которое выполнялось с использованием аппарата Phillips Intera с напряженностью магнитного поля 1,5 Тл. ЭЭГ проводили на 21-канальном компьютерном электроэнцефалографе «Нейромиан» по общепринятой методике: фоновая ЭЭГ, проба с открыванием глаз, ритмическая фотостимуляция в полосе частот 6—24 Гц и гипервентиляция. Использовали монополярный и биполярный

способы регистрации. Регистрирующие электроды накладывали согласно международной системе 10-20.

Для оценки выраженности болевого синдрома использовали визуально-аналоговую шкалу (ВАШ), шкалу BNI (Barrow Neurological Institute) [15]. Последняя оценивает частоту и интенсивность болевого синдрома, а также необходимость и эффективность приема лекарственных препаратов для облегчения болевых ощущений пациента, где показатель BNI I соответствует отсутствию боли, BNI II — эпизодическим приступам, не требующим приема лекарств, BNI III — боли, контролируемой лекарствами, BNI IV — боли, не контролируемой лекарствами, BNI V — сильной, неутихающей боли. Изучение катамнеза проводили в активной форме в течение одного года: неврологический осмотр и заполнение анкет выполняли при выписке пациентов из стационара, через 1 мес, 6 мес и 1 год после проведенного лечения.

Статистический анализ выполняли с применением программы Statistica 10.0 for Windows (StatSoft, USA) и программы статистического анализа Microsoft Office Excel 2007. Достоверность различий средних значений оценивали при помощи критерия Стьюдента (t). Для выполнения корреляционного анализа был применен метод Пирсона. При проверке статистических гипотез за критический уровень значимости различий принят p=0,05.

Результаты

Сравнительный анализ клинических проявлений лицевой боли у пациентов двух групп до лечения не выявил статистически значимых различий. В обеих группах выявлена преимущественно правосторонняя локализация приступов. Наиболее часто отмечено вовлечение в патологический процесс II (18,4%), III (24,7%), II и III (56,9%) ветвей тройничного нерва.

Выявлена положительная корреляция частоты болевых пароксизмов с продолжительностью заболевания: у 36 (55,3%) пациентов со средней продолжительностью заболевания 7,4±2,1 года частота приступов варьировала от 25 до 50 в сутки; у 17 (26,2%) пациентов со средней продолжительностью заболевания 11±3,4 года частота приступов колебалась от 51 до 100 в сутки; у 12 (18,5%) пациентов с длительностью заболевания 15±4,2 года частота приступов составила более 100 в сутки.

Средний показатель интенсивности боли по ВАШ составил в 1-й группе 9,2±0,35 см, во 2-й группе — 9,5±0,46 см. Выраженность болевого синдрома по шкале BNI в обеих группах соответствовала боли, контролируемой лекарственными препаратами (BNI III).

На фоновых ЭЭГ у 40 (95,1%) пациентов 1-й группы и 19 (81,1%) пациентов 2-й группы выявлены следующие признаки дезорганизации ритмов: сглаживание зонального представительства a-ритма в виде появления фокусов в теменных отделах, заостренность и неправильная форма волн, появление медленноволновой активности, нарушение модуляций. У 26 (61,9%) пациентов 1-й группы и 10 (43,4%) пациентов 2-й группы наблюдали снижение восходящих активирующих влияний на кору, а также медленноволновую активность в центральнолобных отделах. У 35 (83,2%) пациентов 1-й группы и 17 (73,9%) пациентов 2-й группы выявлена островолновая активность a- и b1-диапазона частот, у 29 (69%) пациентов 1-й группы и 15 (65,2%) пациентов 2-й группы — появление комплексов «острая волна — медленная волна» и вспышек множественных b1+b2-волн в височно-теменной области преимущественно левого полушария; у 13 (31%) пациентов 1-й группы и 5 (23%) пациентов 2-й группы комплексы «острая волна — медленная волна» зафиксированы в правом полушарии, у 5 (11,9%) пациентов 1-й группы и 3 (13,9%) пациентов 2-й группы выявлена ритмическая b-активность повышенной амплитуды в центральных и переднелобных отведениях. При трехмерном картировании ЭЭГ у всех больных выявлены очаги ирритации в стволе головного мозга (см. рисунок).

При спектральном анализе абсолютной мощности (Мабс) электрической активности выявлено превышение мощности в q-диапазоне частот у пациентов до консервативного лечения по сравнению с показателями контрольной группы в центральновисочном отведении правого полушария (см. таблицу).

Превышение относительной мощности (Мотн) электрической активности над контрольными значениями выявлено в q-диапазоне частот в переднелобных отведениях (F=5,544, p=0,040; F=4,438, p=0,008 для 1-й группы; F=4,554, p=0,020; F=4,358, p=0,005 для 2-й группы). В a-диапазоне частот, напротив, было обнаружено уменьшение величины Мотн в затылочном и теменном отведениях правого полушария (F=5,465, p=0,042; F=4,857, p=0,049 для 1-й группы; F=4,575, p=0,022; F=4,287, p=0,039 для 2-й группы) по сравнению с контрольной группой.

После лечения частота болевых пароксизмов снизилась у 22 (52,3%) пациентов 1-й группы и 13 (56,5%) пациентов 2-й группы и колебалась от 5 до 20 в сутки. Анализ выраженности боли по ВАШ показал уменьшение интенсивности болевого синдрома после лечения. Более выраженная динамика по сравнению с пациентами 1-й группы выявлена у пациентов 2-й группы (p=0,0023), в которой улучшение, наступило у 13 (57%) больных, из которых у 9,2% наблюдался полный регресс болевого синдрома.

После проведенного курса лечения у 32 (76,2%) больных 1-й группы и 17 (86,9%) больных 2-й группы уменьшилась дизритмия, нормализовалось зональное распределение a-волн, уменьшился индекс медленноволновой активности. При проведении 3D-картирования БАГМ отмечалось исчезновение только коркового фокуса у 8 (19%) пациентов 1-й группы и 14 (60,8%) пациентов 2-й группы, стволовые фокусы сохранились у 40 (95,2%) пациентов 1-й группы и 19(82,6%) пациентов 2-й группы.

При спектральном анализе электрической активности по показателю Мабс значимые изменения выявлены в q-диапазоне частот в виде превышения мощности электрической активности над контрольным значением в центральновисочном отведении правого полушария (F=4,675, p=0,036, F=4,450, p=0,038 для 1-й группы; F=3,675, p=0,032, F=3,275, p=0,036 для 2-й группы), в передневисочном отведении правого полушария по сравнению с контролем (F=4,434, p=0,036; F=3,957, p=0,034 для 1-й группы; F=4,334, p=0,030; F=4,157, p=0,034 для 2-й группы). По задневисочным отведениям (F=3,646, p=0,041; F=3,540, p=0,051 для 1-й группы; F=3,766, p=0,040; F=3,551, p=0,031 для 2-й группы) величина показателя Мабс была больше, чем в

Показатели абсолютной мощности электрической активности у пациентов с классической невралгией тройничного нерва
Absolute power of electrical activity in patients with classical trigeminal neuralgia

Примечание. F — показатель плотности мощности электрической активности; p<0,05 (в таблице выделено жирным шрифтом) по сравнению с соответствующим значением в контрольной группе.
Трехмерное картирование ЭЭГ у больных классической невралгией тройничного нерва.
а — до консервативного лечения у пациентов первой группы; б — до консервативного лечения у пациентов второй группы.
3D EEG mapping in patients with classical trigeminal neuralgia.
a — before conservative treatment in the first group; b — before conservative treatment in the second group.

В b2-диапазоне частот различия между группами по величине Мабс были обнаружены по большому числу отведений обоих полушарий: по затылочным (F=4,455, p=0,011; F=4,839, p=0,021 для 1-й группы; F=4,355, p=0,010; F=4,633, p=0,020 для 2-й группы), теменным (F=6,760, p=0,004; F=6,565, p=0,011 для 1-й группы; F=6,360, p=0,006; F=6,745, p=0,011 для 2-й группы), задневисочным (F=6,762, p=0,006; F=5,365, p=0,016 для 1-й группы; F=5,862, p=0,005; F=5,975, p=0,012 для 2-й группы), центральновисочным (F=4,564, p=0,036; F=6,588, p=0,008 для 1-й группы; F=4,464, p=0,030; F=5,658, p=0,008 для 2-й группы), а также по передневисочному отведению правого полушария (F=6,863, p=0,0007 для 1-й группы).

У пациентов 2-й группы по показателю Мотн в q-диапазоне частот различия обнаружены только в переднелобных отведениях (F=6,647, p=0,021; F=6,428, p=0,027). В a-диапазоне частот, напротив, было обнаружено уменьшение величины Мотн в затылочном и теменном отведениях правого полушария (F=6,345, p=0,036; F=6,155, p=0,041) по сравнению с контрольной группой.

Через 1 мес и через 1 год при спектральном анализе электрической активности в обеих группах выявлены следующие изменения. По показателю Мабс сохранилось превышение электрической активности в q-диапазоне частот над контрольным значением в центральновисочном отведении правого полушария, в передневисочном отведении правого полушария. В b2-диапазоне частот различия между группами по величине Мабс были обнаружены по затылочным, теменным, задневисочным отведениям. По показателю Мотн в q-диапазоне частот различия обнаружены только в переднелобных отведениях. В a-диапазоне частот сохранилось уменьшение величины Мотн в затылочном и теменном отведениях правого полушария по сравнению с контрольной группой. В a-диапазоне частот, напротив, было обнаружено уменьшение величины Мотн в затылочном и теменном отведениях правого полушария (F=5,465, p=0,042; F=4,857, p=0,049) по сравнению с контрольной группой.

Обсуждение

Анализ показателей ЭЭГ до и после проведенного лечения выявил достоверно значимые отличия показателей

электрической активности в группах (p<0,05). Наиболее стойкий эффект терапии в виде значительного уменьшения интенсивности болевого синдрома, частоты болевых пароксизмов и наступления в итоге продолжительной ремиссии был достигнут в группе пациентов, получавших лечение, направленное как на невральный, так и на сосудистый компоненты КНТН. Улучшение субъективного состояния пациентов подкреплялось частичным нивелированием патологических паттернов ЭЭГ. В группе пациентов, получавших лечение, направленное на невральный компонент патогенеза КНТН, вышеперечисленные изменения были не столь выражены, отмечались менее выраженные изменения патологических паттернов ЭЭГ в виде уменьшения индекса b-активности, превышения мощности электрической активности в q-диапазоне частот, чем у пациентов, терапия которых была направлена на невральный и сосудистый компоненты патогенеза КНТН.

Учитывая полученные результаты показателей БАГМ до и после лечения и соотнесение их с динамикой болевого синдрома, можно рекомендовать использование данных ЭЭГ для прогнозирования эффективности консервативной терапии пациентов с КНТН. Высокий риск рецидива болевого синдрома вероятен при увеличении индекса b-активности, превышении мощности электрической активности в q-диапазоне частот, снижении индекса a-ритма и его дезорганизации.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

The authors declare no conflicts of interest.

ЛИТЕРАТУРА/REFERENCES

  1. Obermann M, Yoon MS, Ese D, Maschke M, Kaube H, Diener HC, Katsarava Z. Impaired trigeminal nociceptive processing in patients with trigeminal neuralgia. Neurology. 2007;69(9):835-841.
    https://doi.org/10.1212/01.wnl.0000269670.30045.6b
  2. Jorns TP, Johnston A, Zakrzewska JM. Pilot study to evaluate the efficacy
    and tolerability of levetiracetam (Keppra) in treatment of patients with trigeminal neuralgia. Eur J Neurol. 2009;16(6):740-744.
    https://doi.org/10.1111/j.1468-1331.2009.02585.x.
  3. Canavero S, Bonicalzi V. Drug therapy of trigeminal neuralgia. Expert Rev
    Neurother. 2006;6:429-440.
    https://doi.org/10.1586/14737175.6.3.429
  4. Tenser RB, Truini A, Cruccu G. A dual concurrent mechanism explains trigeminal neuralgia in patients with multiple sclerosis. Neurology.
    2016;87(22):2385-2386.
    https://doi.org/10.1212/WNL.0000000000003415
  5. Truini A, Galeotti F, Cruccu G. New insight into trigeminal neuralgia. J
    Headache Pain. 2005;6:237-239.
    https://doi.org/10.1007/s10194-005-0195-9
  6. Яхно Н.Н., Кукушкин М.Л. Хроническая боль: медико-биологические
    и социально-экономические аспекты. Вестник Российской академии
    медицинских наук. 2012;67(9):54-58. Дата обращения: 25.01.21.
    Yakhno NN, Kukushkin ML. Chronic pain: medico-biological and socioeconomic aspects. Bulletin of the Russian Academy of Medical Sciences.
    2012;67(9):54-58. (In Russ.). Accessed January 25, 2021.
    https://cyberleninka.ru/article/n/hronicheskaya-bol-mediko-biologicheskie-i-sotsialno-ekonomicheskie-aspekty
  7. Kress B, Schindler M, Rasche D, Hähnel S, Tronnier V, Sartor K. Trigeminusneuralgie: Wie häufig gibt es einen Gefäss-Nerven-Kontakt bei schmerzfreien Probanden? [Trigeminal neuralgia: how often are trigeminal
    nerve-vessel contacts found by MRI in normal volunteers]. Rofo.
    2006;178(3):313-315. (In German).
    https://doi.org/10.1055/s-2005-858959. PMID: 16508839
  8. Benes L, Shiratori K, Gurschi M, Sure U, Tirakotai W, Krischek B, Bertalanffy H. Is preoperative high-resolution magnetic resonance imaging accurate in predicting neurovascular compression in patients with trigeminal neuralgia? A single-blind study. Neurosurg Rev. 2005;28(2):131-136. Epub 2005
    Jan 05.
    https://doi.org/10.1007/s10143-004-0372-3.
  9. Балязина Е.В. Диагностика классической невралгии тройничного нерва. Бюллетень сибирской медицины. 2010;9(4):94-99.
    Balyazina E.V. Diagnosis of classic trigeminal neuralgy. Bulletin of Siberian
    Medicine. 2010;9(4):94-99. (In Russ.).
    https://doi.org/10.20538/1682-0363-2010-4-94-99
  10. Baliki MN, Schnitzer TJ, Bauer WR, Apkariann AV. Brain morphological
    signatures for chronic pain. PLoS One. 2011;6(10):e26010.
    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0026010.
  11. Prichep LS, John ER, Howard B, Merkin H, Hiesiger EM. Evaluation of the
    Pain Matrix Using EEG Source Localization: A Feasibility Study. Pain Medicine. 2011;12(8):1241-1248.
    https://doi.org/10.1111/j.1526-4637.2011.01191.x
  12. De Vries M, Wilder-Smith OH, Jongsma ML, van den Broeke EN, Arns M, van
    Goor H, et al. Altered resting state EEG in chronic pancreatitis patients: toward
    a marker for chronic pain. Journal of Pain Research. 2013;25(6):815-824.
    https://doi.org/10.2147/JPR.S50919
  13. Крупина Н.А., Хадзегова Ф.Р., Майчук Е.Ю., Кукушкин М.Л., Крыжановский Г.Н. Анализ электрической активности мозга у больных
    с синдромом раздраженного кишечника. Боль. 2008;2:6-12.
    Krupina NA, Khadzegova FR, Maichuk EYu, Kukushkin ML, Kryzhanovsky GN. Analysis of brain electrical activity in patients with irritable bowel syndrome. Pain. 2008;2:6-12. (In Russ.).
  14. Крупина Н.А., Чурюканов М.В., Кукушкин М.Л., Алексеев В.В., Яхно Н.Н. Особенности электрической активности мозга у больных рассеянным склерозом в зависимости от наличия центрального болевого синдрома. Анналы клинической и экспериментальной неврологии.
    2011;4:21-28.
    Krupina NA, Churyukanov MV, Kukushkin ML, Alekseev VV, Yakhno NN.
    Features of the electrical activity of the brain in patients with multiple sclerosis depending on the presence of central pain syndrome. Annals of Clinical
    and Experimental Neurology. 2011;4:21-28. (In Russ.).
  15. An JX, Wang Y, Cope DK, Williams JP. Quantitative Evaluation of Pain with
    Pain Index Extracted from Electroencephalogram. Chin Med J (Engl). 2017
    Aug 20;130(16):1926-1931. PMID: 28776544; PMCID: PMC5555126.
    https://doi.org/10.4103/0366-6999.211878
  16. Бондарева О.И., Балязина Е.В., Короткиева Н.Г. Особенности ЭЭГ
    у больных классической невралгией тройничного нерва до и после микроваскулярной декомпрессии корешка тройничного нерва. Российский журнал боли. 2018;58(4):42-45.
    Bondareva OI, Balyazina EV, Korotkieva NG. Features of EEG in patients
    with classical trigeminal neuralgia before and after microvascular decompression of the trigeminal root. Russian Journal of Pain. 2018;58(4):42-45.
    https://doi.org/10.25731/RASP.2018.04.026
  17. The International Classification of Headache Disorders, 3rd edition. Cephalalgia. 2018;38(1):1-211.
    https://doi.org/10.1177/0333102417738202

Поступила 22.04.2021
Received 22.04.2021
Принята к печати 23.04.2021
Accepted 23.04.2021

Запись опубликована в рубрике 2021 год, Российский журнал боли. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий